Мангус

Мангус — в мифах монгольских народов чудовища. В отличие от других демонических персонажей (шулмас, чотгор и другие), Мангус — в основном персонажи сказочно-эпической картины мира. Они осмысливаются как участники неких отдалённых событий «эпической эпохи», впоследствии истреблённые (либо запертые в подземной пещере, как например Аврага Могой) эпическим героем. По устной бурятской версии Гесериады*, мангус возникли из сброшенных на землю останков злого восточного тенгри* Ата Улана. В ойратском эпосе 75 чёрных мангус родились в виде лягушат от чудовищной чёрной бабы, возникшей из пены ядовитого жёлтого моря. Живут мангус в труднодоступных областях среднего мира (в пустынных, голых, тёмных, холодных, смрадных и тому подобных местах) — «на краю земли», с нижним миром не связаны, хотя иногда и появляются там. Их жилища — кочевая юрта, укреплённая княжеская ставка, терем, дворец (в поздних сказаниях «феодализированного» эпоса). У мангус отсутствуют имена, которые заменяются описательными прозвищами: «Пятнадцатиголовый Атгар Жёлтый мангас», «Двадцатипятиголовый Хотгор Чёрный мангас» и тому подобные. Судя по прозвищам (атгар, хотгор и другие, буквально — «изогнутый», «свернувшийся», «переплетённый»), мангус змееподобны, их отличительный признак — множество голов. Цветовые характеристики мангус — преимущественно чёрный и жёлтый. Мангус огромны: пасть от земли до неба, утроба вмещает толпы проглоченных ими людей, стада и прочее. Иногда фигурирует семья мангус, чаще всего — его мать или старшая сестра, выступающие «путевыми вредителями», а также хранительницами «внешних душ» мангус; реже встречаются жена и дочь мангус (которые часто именуются «шулма», «шулмас») — безобразные ведьмы, нападающие на героя; сын — неуязвимый младенец, лежащий в железной люльке или выходящий из утробы матери. Мангус разоряют родину, семейный очаг героев, похищают их имущество, стада, подданных, но прежде всего — жену (реже сестру или мать); похищение женщин, повидимому, — основная функция мангус.

Под воздействием ламаистских представлений образ мангус несколько трансформируется: множественность форм «внешней души» ассоциируется с множеством воплощений («манифестаций» — хулбиганов) чудовища; отсюда, по-видимому, появление поздней черты образа мангус — способность к оборотничеству (особенно в эпосе о Гесере). Под влиянием индийской и тибетской мифологий мангус (главным образом сказочного типа) перенял ряд черт, свойственных индийским ракшасам, тибетскому сринпо и другим. В монгольских шаманских призываниях фигурирует некое божество «всесильный мангус-тенгри».

В калмыцком сказочно-эпическом фольклоре выступает персонаж, заменяющий мангус или сосуществующий с ним — многоголовый, одноглазый демон мус. В калмыцкой низшей мифологии фигурирует кун-мус (бувально, «человек-мус») — покрытый шерстью человекоподобный гигант, который после заката солнца выходит из камышовых зарослей, похищает людей, причиняет им вред. Для сравнения: у ордосцев мус-эмеген («женщина-мус»), живущая, согласно поверьям, на луне.

Близкие мангус наименования встречаются в фольклоре саларов, уйгуров, алтайцев, шорцев, тувинцев, якутов, тунгусов; однако под этими именами выступают не только отрицательные, подобно мангус (враг, чудовище), но и положительные (герой, богатырь) персонажи. Наличие у тюрко-монгольских и тунгусо-маньчжурских народов аналогично звучащих названий «чужих» племён и самоназваний (манги, мангут, мангыт, мангат, мангыс, мангас, мангиян и прочие) позволяет предположить двоякую интерпретацию древнего этнонима в зависимости от исторических условий: положительная («свой» герой — богатырь) и отрицательная (иноплеменник — враг, демон). В целом, однако, генезис образа мангус (во всех разновидностях) и этимология неясны.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *